Новые гладиаторы[СИ] - Денис Попов

— Зубная паста, это туфта. Но я тебя недооценил, человек. В тебе есть что-то от нас, крыс. Ты использовал мой любимый прием, а я как последний дурак расслабился. Будет мне наука на будущее. Что же такое ты там все-таки делаешь? Или ты под кайфом от моей крови, и разум твой помутился? У меня был однажды случай на поединке. Дрался я с одним из ваших колдунов. Он уверял, что является адептом Вуду. Не знаю, какой уж он там адепт, но черный старикашка был не без чувства юмора. Так вот, он как и ты сидел в круге, и сделал из бумаги фигурку крысы. Талантливо так смастерил, очень даже, похоже. Прямо мастер оригами. Когда гарь выдохлась, он весь такой гордый из себя, подносит иголку к фигурке, а сам на меня глазищами черными таращиться. Р-раз, и проткнул. Ну, я ему подыграть решил, схватился за грудь, и хлопнулся на землю бездыханным. Этот индюк, будто того и ждал, достал ножик кривой, и наклонился, чтобы сердце мое вырезать. Тут-то я ему шею и свернул. В коллекции его правая рука значится под номером девять. Голова человеческая есть, нога есть, рука есть. Яиц нету! Точно. У тебя я вырежу яйца вместе с хреном заодно. Кстати, а какой у тебя размер в спокойном состоянии? Если маленький, то даже и не знаю, — он покачал головой, — Придется ограничиться одними яйцами, а то стыдно даже представить, что…

Вася, казалось никак не реагировал на разглагольствования противника. Он продолжал деловито возиться с бумагой и клеем. На постели царил сущий кавардак. Подняв на секунду взгляд, он кивнул в сторону телевизора.

— Ты лучше на рейтинги посмотри.

И в самом деле, на экране творились чудеса. Коэффициенты по ставкам практически сравнялись, и менялись лишь на сотые доли. Цифры сделанных ставок были уже шестизначными.

— Не обращай внимания, — махнул рукой Крис. — Это букмекеры чудят. У них там свои схемы. Честно говоря, не понимаю, на что ты рассчитываешь. Времени у тебя осталось немного. Сдайся, и дело с концом. Обещаю, что мучить не буду, а так придется медленно убивать.

— Слушай, мне надоел твой треп, давай помолчим. Времени, в самом деле, осталось немного.

— Как скажешь, человек.

В номере установилась звенящая тишина. Периодически слышался шорох бумаги. Василий уже вовсю орудовал ножом. Было слышно как в ванной капает вода. Там-там-там… Видимо, впопыхах, Вася не закрыл до конца кран. Иногда раздавались тихие журчащие звуки. Это желудок крыса требовал пищи.

Вася с тоской подумал, что скоро именно он может стать пищей для этого всеядного желудка. Действительно, неприятная поганая смерть. Он решил для себя, что если его детская игрушка не сработает, то он постарается полоснуть себя ножом по венам. Вряд ли враг станет оказывать ему первую помощь, чтобы потом продлить его мучения. Очень хотелось верить в чудо, однако здравый смысл готовил тело к печальному исходу. Страха не было. Была опустошенность и даже некоторая легкость. Где-то глубоко, среди этой внутренней легкости тлел слабый уголек надежды. Ведь ставки, не спроста, так выросли? Чем черт не шутит?! Авось прорвемся. Защитная линия почти испарилась, и стала не толще паутинки. До кровавой развязки оставались считанные минуты.

Линия исчезла. Оборотень расслаблено развалился на стуле, и с легкой улыбкой наблюдал за Василием. Теперь он никуда не спешил.

— Не надоело на постелях прохлаждаться боец? Или ты предпочитаешь, чтобы я тебя как бабу подушкой удушил? Давай, вставай. Потанцуем как нормальные мужики!

Вася раскрыл нож, выбрав самое большое лезвие. Вырвал из книги очередной листок бумаги, обернул лезвие, и сунул нож в карман. Не торопясь, он слез с кровати и встал напротив крыса. В левой руке он сжимал многослойную бумажную трубочку с рядком дырок.

Крис тоже встал. Он обратил внимание на предмет, который Барабас держал в руке. Василию показалось, что в глазах оборотня промелькнула тень тревоги.

— Ах вот оно что.

Оборотень задумчиво поправил несуществующие очки.

— Что ж понятно, решил закосить под крысолова из Гамельна. Ну-ну, дудочник, даю тебе шанс.

Он величаво взмахнул рукой, но Василий отметил некое напряжение в движениях крысиного принца.

— Играй дудочник, мьюзик подходящий будет, глядишь, и спляшу.

Вася внутренне перекрестился. Глубоко вдохнул, поднес бумажную дудочку ко рту, обхватил губами, и осторожно дунул. Фф-ф-ф-фш… Шипение. Ничего другого не прозвучало.

Напряжение противника уступило место торжеству. Крыс раскрыл ладонь, приставил к уху, и вытянул шею.

— Ась? Штой-то хлуховат я стал. Хде плясовая бард? Не слышу-у-у…

В голову ударила кровь, а ноги наоборот ослабли. Пришло окончательное осознание. Неужели конец?! Он снова вдохнул и с остервенением выдохнул в дудку весь воздух из легких. От натуги даже немного заболели щеки. Эффект был таким же. Все. Мандец. Он опустил бесполезную дудку, и виновато посмотрел на Криса.

— Прости, крысючелло, что не доставил тебе удовольствия. Видимо отыграл свою партию Вася Барайкин.

Василий положил правую руку в карман, и нащупал рукоятку ножа. Выхватить и полоснуть по руке! Но ему пока что-то мешало.

Оборотень ухмыльнулся, и демонстративно зевнул.

— Знаешь, что? Ты мне нравишься. Я не буду перекидываться в свое естественное боевое состояние.

Он сжал кулак, и несколько раз со звонким шлепком ударил по левой ладони. Получилось картинно, как у братков перед разборкой.

— Я тебя убью в человечьей личине. По простому.

На этот удар не смог бы среагировать даже Мухаммед Али. Молниеносный прямой левый в нижнюю часть лица.

В глазах почернело, а рот моментально наполнился железистой солоноватостью. Было больно. Голова кружилась. Наверное, это нокдаун. Мысли унеслись в прошлое, и вспомнился момент из детства, когда он ел крупный красный арбуз, и сплевывал черные семечки в большую белую тарелку. Вот и сейчас ему захотелось сплюнуть семечки. Он уже нащупал их языком. Две штуки. Только это были не совсем семечки. Два верхних зуба стали инородными телами. Он наклонился, разлепил опухшие губы, и выпустил изо рта тягучую красную пузырящуюся смесь крови со слюной. Тьпфуу… Бело-розовые костяные кусочки отлепились от губ, и упали сверху небольшой густой лужицы.

Он отплевывался, пока во рту не стало почти сухо. Верхние десны превратились в лохмотья мяса, и перед губой образовалась непривычная пустота. Должно быть, плеваться станет удобно! Он втянул щеки, собрал остатки слюней, и задрав губу, смачно харкнул в лицо врагу. Плевок выдался на славу! Юшка угодила крысу под правый глаз.

— Прэлестно, прэлестно!

Оборотень утерся, и с наслаждением облизал руку.